1
-1-
В глуши здоровой сын небесный, как будто просто почивал
Обдумывая смысл событий, вращающийся карнавал
Направленный или как хаос бездарный или гений культ
Он был ужасен и коварен, завистлив, нагл, развратен, вздут
Предупреждение Администрации: далее огромный текст на множество экранов. Такое надо выкладывать со спойлером.
Скрытый текст
Невежествен, заметно бледен от истощающих страстей
Во имя гибели в сансаре от Господа не ждя вестей
И опускаясь хаотично глубже, ниже
Cгнивал зло душами-телами скрупулёзно
Осмысленно, подопытных избравши роль
Ошибочно, отчаянно и слёзно
Блистая красками немыми или вопящими во слух
Он был разноречиво образован, но для любви, как прежде глух
Типично было в нём всё,- скучно, - заезжено и в кривды кривь, и вкось
Понакривили в нём мутанты и ныне кармой под откос
От взрывов взнузданных стихий, что не для этого творились
Замысливаясь, как среда
Но род людской?!
Перебесились!
И заворочалась вода, выравнивая свои глуби
Вздыматься резко начала земля, хребтами скаля зубы
Огонь ревел, и ветер жёг остатки роскоши здесь мрущих
Припомнив звуки и слова, слетавшие из впадин лгущих
Бумеранг придуман мудро, и летя, себе летит
И от цели и до цели лечит, губит и болит
Обратный ход последствий тысяч годов прошедших, аж тогда
Когда добрались до развала умы и души и сердца.
-2-
И растащивши о Един ОМ – написанное полотно
С кусками, спрятавшись, засели,- за стенами сытно, тепло!
Но потому что мало было доставшегося каждому куска речей Лица
Всё неугомонно нападали на соседей – ждя им кровавого конца
Так всё и бесятся, по сей час,- заболеваньеце про всех
Стремящихся под гильотины наедине - в места, где смех
В миг сводит судорогой в ужас застывшей маскою души
Со отпечатками изумлений от своей собственной же лжи
Что торжествующе бродила в их все напыщенных мозгах
Выскакивая ядом смертным в произносимых вслух словах
Разубеждающе зловредных – проверенных серпами тьмы
Отточенных, чтобы поглубже – да до обглоданной суммы
Ох!!!
Даже и не боязно дуракам – охаивать истинное поприще
Вед Авесты вестей божественных – к чести душ пущей
Неизвестного их дурацким, - греховным мозгам Сверх Разума
Ещё со времён древних Ариев
Теперь уже, забытых способностей …. и ума
А от того неизведанных, даже на йоту – запредельных мудростей
Любви Кришны безконечных радостей, - да и неизречённых милостей
И сквозь время происходящих – запредельных всевозможностей
Качества вечности неизмеримого – мистического Вишну, как бы, сна.
Арии древние люди!
Как же вы прозевали – чёрных измен коварство?
Не оценили право?!
Или вы сами?
Верно ль?
Луч, в вечность не так слагая ….
А за тем приспособили компромисс
К священнОМу мантр сказанью
-3-
Мир зависал в экранах фильмов, из времени сплетя уют
Глотая душами меж фильтров уют фиктивный свой, как самосуд
Из кроваво жутких сказок он исшил себе лоскут
Примеряя на изнанку испохабленный уют
Слеп и глуп, и безрассуден.
Весел, рад ли он сейчас?
Занавесив окна в полдень и смежив щетину глаз
Радость?
Горе?
Непонятно?
Сожжённого пути черёд!
Будут тени неопрятно грызть зубами гололед
А потом уголья, пепел языком излизан ад
В сверх реальное не верил?
Не успел?
Исчезнуть рад?
и вот завывают люди монстры, люди черви и кресты
Люди боги на пороге у неведомой черты
Шаг ступить?
Крыльцо исчезнет?
Страх, потемки, тишина!
А из мрачных недр лезет осквернённая….и на кладбищах душа.
Ну, а мысль?
Нет, в скитаньях ей приюта
Переполнена, но в майе спиртов горьких спит
А в Зерванах Бесконечного Свет-Абсолюта
КРИШНЫ – КРЫШНЯ
КРИШНЫ Духа,- духи Святые играют,-
В золотых сияниях брахмана Хари Вышня
Мысль вскипает и, сияя, светов веером блистая...
…и Нирвану навещая
И в блаженствах не повторных неги вечной воспаряя
В любви новях воспевая
В бесконечных со свиданиях с пространством
Вся от радости торжественно святит
Невозможны спектры светов,- не видал таких здесь видимо никто
Что ж здесь делать….?
Что же ей?
Моей?
Твоим огнём - опять душой поделать?
Осквернёны и согласны на роботизацию,-
От времён ещё до сотворенья срока….
Под прикрытьем зверя 666-ок, -
Формул лживых, - адских роботов морока
Про естественности фатума и рока
И о, всё-же, всем де неизбежности порока
Омертвевшее на выселках галактики добро
Тьмы безверия беснующихся мыслей,- души мучить.
Всё!-
Внутри, уже давно, у боле-мене чистых
Соки душ отравлены расколОМ
И нет выхода в слёзах и уговорах
Ты Сам Знаешь, что лишь правды приговорОМ
Смысла слов, как есть на самОМ деле
Смыть тех гной, возможно, - что лжой во зле вспотели
Утрудившись от глумлений над душою,-
Плевелы, взрастив, но к ада зною
И тотально нет желанья вообще, и вдохновенья –
Снова посвящать их в поученья
Бисер выметан, в душе ж одни заплаты
Подопечные ж тюрьмы!
И таковы ж их платы!
И теперь в осознанно сознательных грехах
Озверевшие от безнаказанности взяты
Как куклы – клоны на потеху сатане
Но дефективны и фиктивны силы их и фальшь плоды
Пресловуто – мощные, но уже не люди, – лишь почти
Бывшие, когда-то подобием Твоим, но дОМа
Там где реальны, именно все – потОМу, что добры мечты
А там это не здесь, - как, - у одной из звезд - у души на пути
Что греет, но и сжигает плоть, как раскаленная плеть
Где и не полетать, как просится душе, и не улететь
А где вечно в вечнОМ Блаженстве Ты и где смысл только петь
И об этих сознательно несчастных роботах и памяти нет
А эти заключённые даже кичатся – своим развратОМ
А теперь же тьмой тьмы заразные и злокозненные в этОМ мутанты
И одуревшие ото лжи и жадности, и злобы дегенераты
Всё ползут, смердя под суд времени – неизбежного креста, как платы
Только уже насильственной, а не добровольной
И конечно с возвратОМ назад – душ своих в выборе вольных
Для отбыванья результатов сОМненья – рабов сатаны работой
Кровавой его зевотой
Для танцев души, продолжения, как бы во Вселённой свободной.
- 4 -
Был жёстко хладен самосуд суровый – внутри незамечаемый, не ведОМый
Упрям хитрым тупизмом сатаны, - и, как бы истинно, интеллигентный ….
Машинно – убийственно – мучительный, – и расчётливо заведомымый
Для сон в сансаре суетливой убийственный в бессмысленной
Во сне же их химеры стыли корявой, но густой стеной
Отлитые, что б оправдаться войной ведущейся с душой
И чем кто ближе и роднее взаимностью от вечных тел
Тем неизбежней приступают, клеймя свободу тел от дел
Умрущих из плоти распада бесцельным стадом у воды
Испив которой бы ожили б, - проснувшись от святых Вайкунтх звезды
Да Бог даёт карать себя и самозабытьём – беспамятства души о прошлОМ
Но ум в фантазиях силен, но и закончит стылым днОМ
На уровнях, где ад умён в сОМнениях своих о прошлОМ
Но гордый всё же он не сможет удержаться пред ответОМ
И выскажет не раздумья, но презренье - о страхе праха злОМ
- 5 -
Ну, так о чем на мощном постаменте задумался владыка страх?
О бесполезном позументе?
О серых каменных дарах?
О недостойном насыщенье твоих утробнейших глубин?
Или взволнован не польщеньем?
Или, о тОМ, что есть Иной – суть Сущий Вечный Господин?
И обречённый, став утробным, вмещаешь жизнь тОМя, - и смерть мечтал
Ты покорить своим забавам,- ты и любимым яд давал
Их здесь немного, малость, капля
И что любовь?
Не ясен свет!
Коль демон лебедь испохабил...
Ты рад!
И здесь весь твой секрет!
Шаги твои нежданным маршем вздымают полчища теней
Ты нищ и мелок, красным фаршем, плодя подземных королей
Фигляр страстишек, коготь сильной – другой скрываемой руки
Развратнейший мозоль, излишек, глупец подземнейшей реки
Ведь вторгшись и внушая, - ты, как бы, говоришь:
Не нужно стансов
Коль различенье есть в душе
Тогда уж ты воспламеняйся или тухни, - в тулупе будь или в плаще
Твой образ мыслей, все равно уж впредь, ущербен
Если одно клеймить другим
Будь мир хоть много раз волшебен
Он, также будет неделим
Он также будет подстрекаем, и треволненьем искушаем
Не видя радости в своём устройстве празднично больном
Но от того, чтоТот, кто в солнце застал вдруг ночь твою врасплох
Метнулся ты, но было поздно, - и снова стал, кем был,- усох
- 6 -
Трусило мир,- болел и гнулся, - сменя бумагою метал
Взрываясь, гробился, усердно горбатясь правду призывал
И поносил Её, - так между делом войны на кладбище за прах
И, как обычно вожжи страхов скрипели во впадинах ртах
Смеялся смехом разложенья, - облокотившись о мечты
Спасти себя, куда то в лучше – развесив на себе кресты
Наделав роботов скитальцев по засекреченной дали
Пространства, в общем, то Вселённой – забывших, где в любви цвели
О силе той, какой любили, о неге той, что выше нет
О были запредельной зренью, - где минус боль и только свет
Вайкунтх, так радостно, приветных, где воплощенья ждут мечты
Тех, кто дошёл до боли смертной перехода, - преодолев суда мосты
Светяся радостью обняты, - ещё здесь, на земле постигнув суть
Кто?
Где?
Куда?
Зачем?
Откуда?
И почему так труден путь
В верхи – чертоги выси КРИШНЫ, - где разум свят, блаженен ум
Благоуханно где сиянье, цвета звучат и вечно юн
Там всяк обретший, наконец, то, - домашний истинный свой лик
В ВАЙКУНТХАХ светозарных светов, - ожив, в подобие возник
Того, кто красит красотою не только дев медовых взоры
Того Кто нарядил наглядно в что зрят и в что не зрят народы
Глядящие во что попало, - но только в видимый мираж
Полу реальность мира смерти, где неизбежен время страж
Что в неподкупно чудном свете безстрастно бел обрезать нить….
…кОМу в подвалы, этим к Солнцам, вот тем воскреснуть, тем же гнить
- 7
В глуши здоровой глаз небесный, как будто просто наблюдал
За шевеленьем искр мыслей, вдруг собирая их в КРИШ-сталь
А мир, однако, задыхался в чаду фешенебельных трущоб
И навалясь на нефть со спиртОМ – реализовывались в гроб
...Сначала ужас, возмущённость, - стремленьем словОМ к разуму взывать
Неся на блюде очевидность, примеры: действуя спасать
Потом усталость, осмысленье, - как трезвость льда и жар костров
Сгоревших льду противореча не получив добро ветров
Что смехом закружили после, – подняв до высей сверх небес
Что бы узрел пространства свыше – кишащий суетностью лес
С берлогами и гнёздами, с их бомбами и грёзами
С причинами за блуд шести и подноготной тупости
С надеждами их лысыми, с героями и крысами
С их эгоизмом радостным – но и возмездием безстрастным
Но и возмездье обратили, - свернув закону позвонки
Космическому, что б ужраться, а после раздавать пинки
Под зад, под дых, по горлу песням, по сердцам, - радость, что б украсть
Забыв, однако, ведь, - что на суде после ухода – повинен даже робот пасть
Какая здесь любовь?
Нет и намёка!
На уважение,- на верность буквам слов
Произносимых в клятвах – отнюдь не под прессом
Отрубленных в бою голов
- 8 -
Планета кисла в смраде грязных мыслишек, что о междуножьях
О взрывах заключённых заключёнными - в телах своих международных
Беременели головы иллюзиями,- вынашивали души ад
А, что тела?
Всего лишь тени!
Так и многие ж разумности – притворств отчаявшихся жалкий маскарад
Для игрищ якобы свободы, но обратить, что б
Лишних???
Вспять!!!
И развивать свои господства, - что бы в умы всегда внушать
О панацее рабства лучшей, как формы супер бытия
Что б жижей лжи поились смирно – осуществляя их места
Роботизируясь успешно в рабов по найму, - кто за что
Молились идолам их спеси – внебрачной и так лиж бы кто ….
Что б бились лбами, но не на смерть – работать без сбоев задуманы
Те, что переделаны в роботов – особенно, если разумны
Талантами редкими довольно для мутирующего ложью мира
Слепленного, адским ритуалом на костях - в мавзолее лысого вампира
Ну и, что ж?
Верховная жизнь?
Верховное счастье?
Мутант, даже именем Ленин – это именно – ты!
Прозаик несчастий
Дубовая морда – ты не человек!!!
Тебе не отмыться от кровей вовек
...предатель, безумец – уж слышишь? –
Рас-свет….
Твой сын уже умер, а ты ещё нет
...себя переживший, рождённый смердеть
Иосифа вон, - а ты всё ещё нет!
Отравлена ядами, умерла честь
Тебя вмуровали, но ты ещё здесь.
...мёртвые, - но смотрят глаза
И всё светит над склепом звезда
...в камень окованный, не выброшенный вон
Карлик вырожденный спит
...дьявола верный слуга, средоточение зла
...Спит, улыбаясь и в кровях славян извиваясь
Смотрит на древо Рода добра
Язвами вскрытое, сталью пробитое
Корчится в пламени зла
тайный хранитель анти законов
Жрец, поглощающий культов мрак
огненный пасынок – мутантов породы
Жуткий, безумный дурак
Вот так Всевышний разрешил «свободным» наесться до сыта костров
И гильотин, и плах, и кольев – зверски затравленных волхвов
- 9 -
Мотай же вот теперь на ус, – свивай на ум неизмеримый
Позора полный, безобразный приговор
Возьми ж себя к себе не разъяснённый
Волхвов небесный, главный - и Нарады Хари наговор
Влюби в себя раскаянье и гордость, и Атман – дух,
Что вечно жив, но изгнан из сознания – раскаянья мудрец
Взрасти в утробах чёрных светоч со-весть
Пускай падёт к груди твоей – любви земной отец
Он будет невозможен и несчастен совсем
Как я – всё так же одинок
Он неприметным, – безраздельным знаем счастьем
Следим Хранителем – незреемый инок
Любим чащобой, зверем не взираем
Зарёю осквернённой обожаем
Растет, убит, но зреет сквозь гранит
Унижен, угнетаем, но молчит ….
И молится в тиши, где Бог застанет
И нерадивых, и любимых помянёт
И безполезных жажду перестанет
Но в лестницы ступени поведёт
Ну и куда сей час, – спустя заблудшести столетия, – спешат
На сокровеннейшие часто, - в тайнах судеб, встречи?
Но гонит их по большей части страх
Однако ж, парадокс, что без него, – да и в слезах
Они совсем не так желательно
Для разумов, своих, – трагически пустых, сердечны
Но, как то скупо – собой душные
Для власти над другими лишь хотят
И исключительно всё о само – безопасности
Пространство смертное усиленно коптят
И в одержимой жажде никогда не будущего
Наяву гипер – активно грезят
О все тотальном, – всё дозволенном контроле
Все их ничтожные мечты и речи – роли
Ведь ко сводящим многозначье формул сил Вселённой
В слов верный звездопад стремятся …
Что Вышний Брахмой сотворяя проявил – на небесах предтечей
Чтоб просвещающие – не запутанные речи
Вернули разумам – с блаженствОМ Кришной встречу
Да вот, поди, ж и некто ты – бесящийся и отвлекающий не в вечность
Но воззожгя – Вишну умом огня в душе, – поведанное чтящий
Поймёт в разнообразных небесах – чудесных сил свеченья
Найдёт дорогу и никак не разобьется о сОМненья
- 10 -
В глуши, оттаяли раздумья, – свиваясь в образы ума
Стремясь на волю в буквы – строки, – пока кристалл, пока зима
От бело-лунного Арты сиянья – передаёт душе блаженно – ясный свет
Когда теряют очертанья – материй космос, и вопросы, и ответ
Весь мир тогда скользит, туманной точкой – в огромности ночных небес
Среди просторов отдалённых всё, споря:
Крест! –
Любовь иль месть??
Но в этой, к сожаленью, двойственной клоаке – и то и то, и так и так!
Как впрочем, и во всех пространствах, – где к Духу дух, – а к страху страх
И суть не в том, что кто-то хуже, – а кто-то лучше и ура
А в том, что греет неизменно любовью Вечного заря
Струящая, как отблеск света, цветов огня – сверканье Лика
Немыслимо могучей Воли – всем одинаково великой
Самой Собой лишённой выбора предвзятых
Судильщиков земных кладбищ
Что разменяли безопасность и благодать на дъяволищ
Устроивших им сладкий праздник не контролируя итоги
Разгула личностей решившихся на вызов, – исковеркав слоги
Отца галактик, – звёзд ристалищ – стремящих их раскрытый зов
На выход вон из всех сокровищ – тысячелетиями меркнущих основ
Где время отбирает, взяты тела в прокат, – играться что б
В сансаре вязнущих по горло, итогом обретая гроб
В очередном не лучшем мире и там смерть тоже фантОМ – персонаж
Всё время ждущий и неотвратимый, но не сосуществующий же с истиною паж
Но так реален глубиною замаскированных идей
Умов безверием сошедших из разума в мытарства дней
Что не по воле, а внушеньям пророс до самых корневищ
Переродив планеты разных старцев в самоубийственных козлищ
Что обнаружились безумством приговора злОМ–
Всея еретического террора на ОМ, но в ОМ
В речах, что раз единственный только в телах живём
И что, так сильно всех нас Кришна любит
Что вечный мрак иль вечный дом
Какой, однако, Бог жестокий!
А выбор, милость, а любовь?
А те: мы вам покажем счас же, – вместо ответов, только кровь!?
Христа в виде крепленого портвейна
Ну, а если не хотите?
Мы в ротики её вам, – но не насильно, задарма зальём
Вместо учений о не бесном, но всё ж святыми мы помрём
Мы так решили, - полномочия используем мы, как хотим
Какие боги и не боги?
Мы сами себе главный гимн
Солгали и слагаем дале, – так как-то повелось у нас
Мы ценим, что бы нас лобзали, а мы невежественный пляс
Как истину вещали рьяно во всеуслышанье глупцам
На то поставлены мы, волей – служа конечно не бесам
-11-
С не бес посматривал же Кришна – зрит изнутри из их сердец
Извне из глаз, и из молекул на их бессмысленный конец
Завистливых актеров ада, – где дьявол гений?!??
Бог подлец!!!….
Ужасный мучающий строго всё скопище своих детей
Каратель страшный, но и только плетьми свирепых палачей
Как возникают их коварства доктринами верша террор
Как падали они в пространства из тел под святый приговор
Как снова возвращались в дебри – собой навязанных границ
Как пред фантом – Ом высшей власти, – солгав в душе, валились ниц
Как неизбежно вновь тонули в лужах майи – размноженных собою небылиц
Как шли направо и налево, вперёд, назад и в кривды гнусь
Как, обходя моря и сушу, – обманывали чудо Русь
Губили лютою охотою волхвов, – внеся их в свой деликатес
Что знали в Сваргу-Брахмалоку – торжественных призывов песнь
Призывов радости и силы для умудренных игр любви
Мадхавы - Вышня средоточья, – не стонов, грёз и не крови
А тихой радости и бурной – лелеемой приязнью душ
Доверчивостью сокровенной, где дева свет и верен муж
А не мутантов липких дрожжи – двуполых анти гуру, как же жить
Что б до ухода извращаясь после продолжить злую прыть
Дружить?
Нет, там не это!
У мрака демонов подробнейший реестр
Теократической грызни горл, – тех, кто имеет меньше мест
В их беспощаднейшей системе – жестокой яростью кнутов
Подобия….
...Инферно быт не оставляет сомнений – в участи бунтовщиков
Порядков супротив не, оттого что наскучил им системы мрак
А оттого, что мало крови, – аппетиты – растут всегда, – там именно вот так
Вот так для них сбываются надежды – отсюда вылетев там славный рай занять
По их конечно конченым желаньям, – конечным воспалённых майей грёзам
Дано принять для скопищ вырожденцев – и место, и реестр, и печать
На срок под временем вердикта Ямараджи
Кормёжка прахом тленья бывших благ
Исчезнувшей в созвездиях планеты, – мира лживых
Так ослепляюще – прелестных вожделеньям эго
Но каждый сам себе – и страж, и друг, и враг!!!
- 12 -
В глуши полезной Врач небесный по над землёй листы читал
Истории прошедшей зверем 666-сть, – в ум тихо мысли навевал
Мир брёл распутьем ниоткуда – откуда-то, держа всё ж путь
Не помня ни дней появленья, – ни Кришну, как Отца, ни как приют
Ни как убежище всех лучше, ни как кормильца матерь Чандру
Ни как весну любовью нежной, ни как дживящего всех даром.
Зачем им всем необходимо от ярости рождаться вновь?
Влетая в чрева грязных сердцем или в пристойнейших любовь
ОН - ОМ удивлялся, недоумевая, – хотя и первым знал ответ
Вот та то власть и есть всех выше – Кто изменить легко способен след
Последствий, что привыкли кармой фатально страшной называть
А некто, чтоб быстрей её отвадить в страданья по уши влезать
Сгнивать в них искренне, и роботоспособно загибаясь
И вплоть до «наслажденья» своей болью
С надеждой в рай всеяко распрощавшись
Не пожелав навечно лучших ролей
Но этот шар земли, всё ж, так смешно микроскопичен
Глядя даже с чуть удалённых – планетарных перспектив
Ну, а амбиции настолько безразмерно – безразличны
И хаотичны, что снова тот же слышится – звучит мотив….
Итога, что и быть тюрьмою после осмотра Высшего Лица
Ему отпущено и вновь, и присно – до самого злодейств его конца
Неутешительный итог, однако, право, – но толпами в рай не летят
А уж тем боле на ВАЙКУНТХИ, – где, как явлён, так вечно свят
Поэтому всё очень честно и чинно в сём заведено
В порядке, где всё по желаньям осуществляется давно
От выбора исшедших следствий, коим судьба времён клубок
Что, не смотав и не распутав в телах получат новый срок
И так до тех до пор до самых пока уж – страх, как опостылет
Бродить, терзая, вдруг – свою проснувшуюся душу
Внимая ей, – как в мясе тела обречённого та стынет
Несчастная душа заложник дури – в ней зла сознательного видится печать
И только слёз ручьи – никак не розы позволят ей всё заново начать
Что бы вернувшись в изначальное блаженство, себя, увидев в вечной красоте
Да!!! Да!!! – О да!!! О да!!! О да!!!
Но лишь забросив вон в подвалы мира смерти
Иллюзии о дьявольской мечте
Ты зовущий змий влекущий я узнал твоё нутро
Что же делать, что же делать,-
В умах и душах – тьма желаний лгать себе и всем
И извращая изводить обманутых рабов и хитро грабить
Омертвевшее на выселках галактики добро
Что, коптя соседние миры – всё ж вопиёт о пОМощи – от с выше - Высей.
Только кого звать?
Кто власть Имеет разрешать?-
Не только сострадать, залечивать и слышать
Видя видеть к Себе в душах – на любовь и благодарность вето
Разрешать любое, но лишь справедливо – и всегда ведь здраво!
И без ничтожных претензий – на, – каких то условий право
И даже унестись отсюда – и, наконец, то – в ласковое, вечное тепло
Гробы очередные минуя – тел гробы, конвеера тел
Неизбежных в мирах смерти последующих жизней
Сроков отбывания – от прадавнего выбора –
Бывшего денницей приняв ложь – продолжая исполнять его мысли
Совершённого от рокового – в слепоте лжи, – изощрённо коварного
Предательства Кришны абсолютней абсолютного безсмысленно
Того, Кого сбились с ног искать – искренне ищущие – Сущего суть Единого
Единого – Кришны – Парабрахмана – вечно Запредельного Высей Выси
Но вампирам мира машин и роботов на прокорм бесами осмысленного
Вполне удобно и питательно в рабстве – мира души поглощающего вычесленно
И вот в итоге ….
Проклятый набор состояний после предательства Бога
Предательство своих душ праху – распадающихся форм
Ужасающе болезненно для самочувствия живых душ
А мёртвые привыкнув, безотказны – суть машинны для кровососов норм
А живые того не ведающие и на них работающие
Им самый удачный, долго служащий, – и очень аппетитный корм
Корм кармического безумия осатаневшего множества
Безжалостно губящего себя и всех вокруг
Своим инферно всасываньем влиянием – поглощающего вне божества
Вторгаясь в глаза и поры, развращая – сквозь мозг, – души чрез слух
А они всё да не слушай мол!
Да, кто ж тебе виноват?
Но перегрузка мёртвых душ всё же чревата
Попаданием – вовлечением в их злобный от грехов распад
Проклятый набор состояний!
Хочется сбросить одежду, как шкуру
Прилипшую отравой к душе, когда то ошибшейся с дуру
Но обвинившей во всем, однако же, Кришну
Ну, что Саня?
Идём?
Якобы в произволе вляпавшись в земной дурдОМ
Зависает дьявол, как бы «чистый»,- чёрный цвет он тоже чист
Басно-песенный, речистый, – хитро «мудрый» беллетрист
И, как бы правду сообщает, и, как бы веру не уничтожает
И, как бы знания не извращает, и, как бы ни за что не отвечает
И, как бы никогда, и, как бы незачем,
И, как бы и ни на кого, и …. и, как бы ни на что –
Зачем, мол?
Он не претендует
И, как бы, как бы, как бы, как бы,- да и вообще,
Как бы фантазия одна, - и тоже, как бы вслед за ним, как бы дрейфует
И, как бы за фантазией не существовав,
Он дьявол несОМненно, как бы мол не существует
- 13 -
Но мир всё напрягал и напрягался, надеясь, многое успеть
И не хотя болеть и вырождаться….,но делал это, только плеть
Его немного приводила, во чувство, - так, что бы в свой разум заглянуть
И он заглядывал, а после, как принято, – отчаянно спешил заснуть
И спя в плену явясь иллюзий,- своих прозрачненьких конфузий
Пределов он не знал своих и мерно храпы разносил
В душных чертогах каменистых
Во сне, раскинув сгоряча,- руками томно трепеща
Он загорался и лучисты
Вставали образы пред ним,- самонадеян, жаден, жалок и гоним….
Но, как бы, просыпаясь, ноги скинув и в ванных зубы начищая
И полотенцами натужно утешая
Своё заплывшее от алкогольных идолов
Антисоборное пропитое пока ещё лицо
Он говорил: могуч ещё мой стимул к жизни продолженью
Готовлюсь я к сему сраженью
Мощно оружие моё
Будить других, привыкших спать, что в этОМ может быть такого
Что не позволило б взлетать из плена праха рокового?
Одни вопросы, а мечты, – давно поникли от разгула
Любимцев жизненных гробов и воплей пешки вельзевула
Мой путь устлан развратом тьмы и знаю точно, что навечно
Не полюбить мне бренных тем, но лишь, что свято и предвечно!!!
Но демоница нагло обряжаясь
Всё ж над душой витает так себе ….
Как просто лишь невинная усталость
Разгон глумлению, готовя исподволь
Вселяясь в знаний – ну и состраданья роль
….-«усталость» с малых букв презрительно поносит
Всех всех кроме себя, - ну, а тем самым,
Свой эгоизм бес смысленный возносит
«Усталость» шепчет мне, смотри:
Куда будить?
Им спать охота!
Врождённая влечёт зевота
Что ты внушил себе восторженный чудак
Им всё равно, что милость, что кулак
Что рай небес, что адская зола, что свет любви от вышнего предела
Что звон монет для вожделений тела
Да и вообще
Твой бог жесток, испорчен властью
Он обезумел от даров и от количества причастий
Не слышит он, и ты пропал с своею верою смешною
...и слеп, грешил, и ты отпал и не в вайкунтхе ты, – а на земле тюрьмою
Прикован к долгой цепи жизней и строго из одних своих корыстей
Ты строишь свой, вне богий, мир – ты хил, ты шарлатан, ты тир
В котором жертва целит в жертву – съедая ж мудрости «конфету»
Опять берутся за старьё и ткут истлевшее бельё
И одевают в смрад младенцев, – затем досадуя, что вдруг?
Возросшие совсем не детски им отравляют сон, досуг
Проклятьем брызжут, что отступник – не помня веры и любви
Стреляют в спину, рвут на части, не отрекаясь и….,-и от крови
Смиренного им униженье искристый мёд, бальзам для ран
В них нет раскаянья сомнений – Кали счас и всё и ты железно
И молча бьют в свой красочный, но зато фальшивый барабан
А в барабане ты насмешник, теперь уже – считавший выше всех знамён
И честь, и веру, и надежду ты ж слеп и нем, - отнюдь не просто обречён
Они молчат.
Что им слова?
Они своё давно отговорили
У них приказ, - знать ты болван для акустической кадрили
Им города оплот для игр смертных, их обучение продуманный террор
Деревни им для пополненья размноженья, что бы наличествали те, кому топор
Вручить, что бы в любой момент ….
Вдруг город буйный в свет прозревший усмирить
Направлены отцов, не только лишь, земных,- наследья
Чтобы других таких же погубить
Неизмеримые людям злым века
Всё бьют и бьют, как, если б, птицы дятлы
Но вот!
Даже у них осуществляется закон
А у подобий чуть до дела,- так одни ж заплаты
Им осознать свои делишки не позволяет сон угрюмый
Их сновидениям блаженная река не даст воды небес не лунной
Горят в глазах у них костры
Где падших ангелов, вне вечности, ученья
Им заменяют истинные радости паренья
За временем, любви любезной освященья
Отринув, радостные Кришны наслажденья
Вздымают новые кресты
……………………………………………………..
……………………………………………………..
……………………………………………………..
……………………………………………....огонь!!!
В духе ж огня сгорает всё – и в миг в себе поверженной
И мною подменённой, тобой лелеемой, – но нарисованной святыни
Когда влетишь в него, и мною – в очертаниях отчётливо увидишь
Как тёмен лес небытия и как сильны его твердыни
Как уязвимое огнём стремится прочь наследник время
Как свет и тьма, скрестив мечи на прочих налагают бремя
И сколь же вечен, сей кровавый счёт – бес притязаний на приёмы!
Здесь мрачно-разноцветен – многомерный сон людей
А те, сейчас, как формы, здесь, – а с вечности смотря неизмеримой
Лишь прах, злокозненных, неврастенических идей
Но ОМ и ноль Чандра – Луна – хозяйка роли Сомы и Хаомы
Остынет жар священный Кришной твой, и дождь отчаянья пройдёт
Налив воды для безнадёжной тяжбы, мытарств размышленья
Но разуверится твоя не спящая и вещая душа и отцветёт
Постигнув смысл-тщету,- иллюзий без конечных разрушенья.
«Усталость» смолкла, и тот час затихли ангелы и бесы
Пришла печаль, притих восторг, - настало время анти мессы
Плутон Хваршату вздыбил край
Лиллит метнула в Мах крестом разврата
И помутился свод, загадочных над Ялтою, небес
И вышли де–моны из ада
Металось древнее, из океана, море
Стонало, в болях мук, встревожено вторженьем
Обозревая в глубь сатанин 666-ок пьедестал
И слыша вопли бесноватых сожаленья
Пучины вод топили вой обезумевших – алкавших поцелуев зверы зверя
Но устоял, ещё трон мавзолея мертвецов – покуда не наступит 999-ок время
Глаза отцов не знавших тьмы скользнули сквозь бесов поползновенья
И слившись с пламенем предтеч
Влились в миг вечности святой освобожденья
Родник огня, - потоки молний, и веер звёзд – искрящих глубиной, и свет иной
Увидеть сможет всякий отвлечённый, – кто помнит неземной 333-ек упокой
Так что «усталость» спрятала, окровавлены клыки
Сложила жала, – яд, из злобы, собственный сглотнула
И «укусив» в затылок – смерти миф раздутый
Похабно взвизгнув в свои ниши, улизнула.
- 14 -
Но природы целебно мерное вздыханье, природы вездесуща новь
Покровам сладким, заживленья в прозябанье, всегда отдаться я готов!
Что прозябанье?
Что такое?
Какое это, – за неименьем зримого участья наслажденье!
Смотреть и забавляться тленным – народов грешным помышленьям
И вот однажды среди них
Не лучший, но типичный сын славянских дремлющих равнин
Помыслил жуткий террорист Матвей крадучист и плечист
Пробраться в неизведанные дебри, где женщин жмут у стен в пылу
И рассказать об этом миру смерти задумал он в хмельном бреду
Матвей был парень молодой
Бритоголовым, правда, слыл, – но это дед не уследил
С папашею на пару на участке
На приусадебном живя, кутили там день ото дня
Да приглашали, разных дам, – там пьяных было эпиграмм….
Не приведи Господь услышать
Какая ругань там стояла, потОМ вдруг резко затихала
Готовя новый балаган
- 15 -
Билет был за границу дорог
Пугала сумма вне себя Матвей подумал вот те на
Да за какие же труды, да и дела
Я получу такой заём?
Тут в пору в тёмный водоём
Презренный возраст, прерывая покончить жизнь, но не о сём
Мысля влетевшая опять его вернула снова вспять
И он задумался, лукаво готовясь деньги собирать
В газетах разных по складам
Он объявления печатал
И хоть он был порядком хам, но, завлекая всяких дам
И обещая кучи злата
Он сколотил себе признанье, а с ним немало состоянья
Потрачен был всего лишь год и взяв с собой весь обиход
Он важно отбыл, – на вокзале его мужчины провожали
Квадратно мускулом играя, был сжат суровой складкой рот
Он оставлял здесь свой оплот
Который он, трудясь всенощно
В сознанье долга создавал – ни в чём злодеям властелинам
Не уступал, он покупал
Всё и везде и всех доступных и улыбки и тела
Такая видно карма к заблужденью стремглав к золе надежд его влекла
Тому, кто тайну дел гаремных и подоплёку прихотей растлённых
Познать желает без вранья и воплей: ну зачем ей Богу вам-----ых
Все эти дурно пахнущие склоки,- их грязной вони полынья----------ла
Такое видно вот золы, зловредное очарованье
Тому, кто вырваться желает одуреньем
Враньём из ещё боле жуткого вранья
- 16 -
Европа праздновала войны
Своим спокойным умиленьем, газетным шумом и весельем
Ходила в свой воскресный час, – молилась пивом запасясь
Гуляли бунтари подростки, гасали роликовы доски
Ну и шуршали плавным перекатом кварталы штатного разврата
Открыты были….
Свой мирок….
Был хитро скручен тот клубок
Попавший в нём терялся, плавно - несясь по разным уголкам
Метался, – выжат был и рван всенепременно
И смерть частенько отбирала, не дав сигнал колоколам
Ограблен если раньше не бывал
В таких запретных кто нибудь анти Нирванах
Где жрец правитель вакханал без удержу на части рвал
И забавлялся непременно взымая, как бы, страждуще метал
И брошь и жемчуга что знать,… что знать познала то ей и отдать
Любил он повторять без веры:
Я нужен им, какие меры?
Могли ханжи мне одевать.
- 17 -
В такое вот переплетенье змей с нагами
Приехал сей Матвей с деньгами
Красавиц что привёз он сразу
Пристроил долго, не таясь и властелинов не боясь
Но осторожно начал он – свой план осуществлять
Пардон….
Сказал он дамам вездесущим его шуршаньем юбок трущим
Желая в ночь его увлечь, он говорил: какая речь!
Какие трепетные взгляды!?
Ресницы длинные, а белая нога прозрачной нежности слуга
Что я один?
Ведь господа!
Вы посмотрели бы на них любезные мои трещотки
Недопустим ваш беспардонный глас на ваших безрассудных сходках
Вы облюбезничали б вслух, что этот стар, а этот глух
А этот вовсе, мол, как дух безплотен, будто майский пух
Ему ответствовали враз, изящно выгнув ножки шейки:
И от чего вы ловелас такое выдумали мненье?
Сложили лучше бы от нас во вдохновенье
Стихи достойные о нашем прославленье
Вот ведь сыты, роскошны формы наши и в тайны мы посвящены….
Но отчего?
Какой любви вы ищете?
Посланец странный славянской дикой стороны
Матвей с привычкой молодой
Всегда преследуемый целью ответил им с немалой долей бденья:
Я не извините, насмотрелся на ваш бес потчуемый роман
Всё выкрутасы да ням ням
Какое ж тут есть со творенье?
Любви противен сей изъян
Но, но девицы осмелели,- он был им непонятный хам
И был в тот час он трезв, а не был пьян
И тут он выступил словами, – ну прямо,- словно, им под дых:
Что вот, мол, ваших паре на двоих – я сходу выделю своих тоже двоих
Посмотрим дикие сраженья произойдущие затем
А после подведём итоги тел влеченья, кто отличился, как и чем
Вот и но но!
Развратницы плутихи вдруг не смущённо приутихли
Услыша это вот спонтанно сгоряча, но ради вскрытья о них правды веча
Матвея вызов в высказанОМ слово – и вот с досады на себя слюну меча
И возмущённо зло, бесясь, – внутри крича
Вмиг просочились – кто куда от облича ….
По их – всё это было вон из ряда их стандарта
Но так давно весьма – для тайных мыслей их не ново
Не удивительно, увы, отнюдь не ново
- 18 -
Матвей был зван на ужин к знати
Которая, унюхав суть – всё мысля, как бы ни уснуть
Врата, с подъезда открывая, любезно руки потирая
Стремилась лекцию куснуть
Матвей был парень без шабашный
Воспитан был папашею гулящим и пьянство он практиковавший
Роскошно он любил гулять, друзей подружек награждать
Кого рублём, кого обновкой
Втащив к себе и на постели – «творил портреты и метели»
А утром колокол
За окнОМ апартаментов, что на ратуше настойчиво гудел
Балду его заблудшую ломал, а он же – знай себе, всё песни пел
Вот и сейчас в авто лежал поверх пуховых покрывал
Служанку, гладя по ребру
В бессилье после грозных прений и одуряющих курений
Подъехали….
Служанка пошло-честного Матвея
Взвалила вдруг себе на горб и траурно, как будто настоящий гроб
Внесла его в апартаменты, и посадила на тахту, он страстно ей сказал: люблю(?)
Устроились и осмотрелись и кофе с фруктами наелись
Осмотр картин произвели и обществу знак подали
Ну что сказала знать крутая
Роскошная
Слегка, как все земные трупики, зевая:
Вот ты приехал к нам смотреть гаремы, – как говорят у Россов, терема, сады
А что скажи на милость ты – знать не желаешь наших прытких
Юбкастых барышень – из обвивающих, из гибких
Как будто сделанных ветвей?
Ей ей, вот так и есть, подумав о своём, тот час сказал Матвей
Вот то и дело, что из них – хозяин, как-то вдруг таинственно затих
Его медуза ущипнула
Её, в числе других, привёз он из краёв – жёлтых, горячих тропиков покров
Там лечит грипп, радикулит, но у хозяина зудит
В совсем других местах – он тихо, дабы не выдать тайны мрачной
А для порядочного стыдной сокровенно страшной
Что б ни заметил странный, чужестранный богатей застыл тихонько у дверей
Но чуток был пройдоха хмель
Что у Матвея в голове, как тот цыплёнок в скорлупе
Наружу страждущий пробиться и стать кусастой рыжей птицей
Заметил он сие движенье, не преминул и в наслажденье
Щипнул служанку за лодыжку
Под мышку к ней полез, под грудку, а знать тот час курила трубку
Нахальству дикому дивясь
С которым званый при салоне, ловя других гостей на слове
А сам обслугой упоясь – приятствовал ни мало не таясь
Происхождения такого он постыдиться б мог матроны
Присутствующи в этом зале всё громче – уже в голос лепетали
Матвей хоть был бритоголов, в привычках скверен и богов
Он почитал, но без оков
Любил вести себя везде
Таков по жизни выступал и никому не угождал
- 19 -
Хозяин покажите нам, что это вас так бес покоит
Быть может нам всем здесь не стоит
Потеть в сиих тучных креслах
И тут:
О, что же это?
Как же?
Ах!
Вдруг взвизгнула мадам старушка, как прирожденная лягушка
Увидев лужу, что текла, как дождь с разбитого стекла
То умирает, счас медуза
Сказал, скривившись – от обнаружившегося таки конфуза
Ещё оставшегося неизвестно каким чудом
Хозяин лысину протёр, дрожа, включил свой полотёр
Убрал, храбрясь, завёл лукавую нудьгу
Про одинокую свечу на скучном жизни берегу
Про юных и ну очень добрых фей туземных
Страдающих от дел неверных – в развратной молодости бренных
Про прозябанье и нужду ну, вобщем всю эту хитрющую муру
Матвей распознавать – дозрел уж в тех краях, где и на плечистых глухарях
Он набивал свой зоркий глаз, презрев родительский наказ
Хозяин с дрожью продолжал: вот я ходил по берегам
Синели зори, розовели, но видел я сплошной бам бам
Меня ж неосторожного словили, как при пытках
Индейских варварских веков
И о ужас, даже просто вспомнить, – заставляли на улитках
Свой вымещать природы зов
Как я попал туда?
Судьба моя меня из кабаков портовых
Закинула на острова, где промышлял я, чем когда
Мечтая о походах новых
Вот так и я Матвей сказал, служанку шлёпнув по бедрам
Приехал к вам сюда затем
Чтобы увидеть этот пресловутый хлам – все поглощающий бам бам
И поделом тебе бедняга – твоя никчемная отвага
К таким вот бедам бес пощадным привела
Хозяин:
Да какая там беда?
Тоска взяла!
Тут как увидишь это….всё, – так воля вон, а жаждется ещё, ещё, ещё ….
Вот сострадаешь ли?!
Какая здесь дилема-теорема!
Ну, прям навязчиво и неотступно – до самоубийства от позора
Висит всё неотступней надо мной, как приговор
С тех самых пор позорного растленья, когда Венеры злой топор
Обрушился на мой ретивый соблазна ищущий прибор
Дурак ты дядя всё же степени не малой
Матвею слушать надоело изощрённо – странный бред
Послушай-ка меня на всякий случай, – знавал я….
Был у меня знаком сосед
Жена была как из цветочков – ну, словом просто ласковая ночка
Ну и нарожала, не особенно спеша – ему, да и себе потомков многого числа
Любезно искренно и розовощёко наслаждаясь – великолепной радостью свежа
Его потребным продолженьям, лихих ночных боёв сраженьям
Не видно края и конца
Естественное вот где вдохновенье, – природы нежное святое одобренье
К тому ж по ходу и луну, и Арту примечает
Прирост ли в знаках нужных или убывает ….
Хозяин был убит словами – своими здравыми речами
Поверг его типичный, но не лучший сын
Славянских дремлющих равнин.
- 20 -
В глуши здоровой о Матвее просмотрен был из мира сказ
Загадочно взирал сквозь космос – Кудесник сотворённых Спас
Который есмь конечно Кришна – сквозь суть огня кристалОм в ум
Светящий смыслОм образов без страстных
Но за которыми, – всё ж вечная весёлость
Просвечивая душ наивность, как затаённую невинность
Как чистоту и верность и, как святость
Любя лечил, казнил, учил, иль заговаривал на ясность
В часы злодейских звёзд и страшных дум
Да улыбался во воображеньи – крылам в любовь блаженной веры
Гарудой с ГамаюнОм и жар птицею – блестяще – огнистой лучами зари
По ветру, развернув – павлинОм яркий хвост
Истины иллюзиями – многоцветья поражающий веер
Сиял вечным ЛикОм – обликами в сердцах не прост
В вечнОм блаженстве Себя, – в душах любого размера
Забывших Его в себе и в итоге….возненавидевших
Причём совершенно ни за что – и возлюбленных Его – Его видящих
Оскорбляющих Его внутри себя – вслед, во вне в поступках,- обезумевших
А теперь, от наглости лжи своей, за справедливость ненавидящих
И душ в совершенной неге – от Него чистейшей тающих
Ведь есть же тайна, вечная наверно, – между одним и меж вторым
Когда Вселённой верх – стал твореньем первым
Возник и низ созданием другим
Когда постигнут, то и это тогда закончатся слова
Тогда покой войдёт, – пока ещё не ведОм в столь долгожданные права
Души устав от смерти тел – забудут вдруг….
Зачем война?
И вознесутся, наконец, то в начало дней и бытия
- 21 -
Но пока стоит стена кольцОм огрОмным, - сплелись клубками змеи лет
Рядами круглыми стенаний обвили сумерки и свет
То правдой искренней, то ложью – не заставляя, но прося
Созрев и семена посеяв, – растут и снова в низ, – сансарою скользя
Побеги – люди сокОм молодые, – играя свежестью лица, лишь от мытья
Идут по миру и всё падают в полыньи слепого бреда забытья
То чернота кругом, то свежесть и жизнь, как рай, а ночью смерть
Наверно тихо так приходит, – кре стОм пометив свой запрет
Зарытый собеседник дальше – по крови жилам гонит ген
Во тьме без Кришны остающимся отдав на растерзанье
Слепого счастья и страданья фенОмен
Жизнь в знаках между низОм вязким и верхним светОм Вечного лица
Смотрящего в видениях спокойно – вне привязки
Великолепием Величества приязни
Кивая в такт движеньям благосклонно
Светящегося Пра Ведностью сердца – путём спешащего на вылет из кольца
Живущее – умирающих пародий на подобье
В нём воздвигающих уйдущий в пыль итог
И звать желающие – опиумным бредОм для народа
Слова, что истина вневременной природы
А слог возносит за таинственный порог
Границей времени времён назвать его вполне уместно
А тайн, блаженств тех, что за ним – не перечислить безполезно!!!
Жизнь направлялась сладостною волей в колышущихся миражах голов
Верша кому чего по кармам долей и смысла не было от поносящих её слов.
- 22 -
Матвей убил весьма немало лет на медитации бесящегося мира
Гниющего в аду своих страстей вникая в прелесть демонического пира
Измерив шири и глубины, но не выси – застыл, как лёд смертной тоской бродяги
Не обнаружившего смысла злой дороги, но не аскета истомлённого бедняги
От ожидания, когда ж навечно к Кришне войдёт в покой, оставив дым кулис
Подмосток имитации любезности, как распланированный мракОм компромисс
От понимания фатального пожара грядущего, – лишь ждущего искры
От созерцания влетящих, неизбежно, дарОм, – за ним во след, лучей зари
Застыл в безсмысленностях видимого зренью
Упал на дно, – прошедших в мраке, – долгих лютых лет
В воспоминаний тягостных подводные теченья
И содрогался он, душой, – уже душой любви завидев….!
ПрипОМнив детства, естества родимый свет
От созерцания сравнения дитяти
И что осталось от него от страшных мет
Вдруг обнаруженных справедливым ветрОм Духа
И чистой радости увидев родничок
В своём истерзанОМ – заглохшем во мраке сердце
Он поражённо снова замер; – вышел срок
Его неведению о своей дороге и обоюдоострой колее
В какой ни едь убьют, но и помогут – даже боле
Изъяв из смрада бахвальства лжи, но только по собственной воле
Или же по ней отхлестают, – раньше или позже, – цепями возмездия в пепле
Застывшим так и оставался, кто знал его, теперь не узнавали
А он, вникая пока мест отвлечённо наслаждался
Противоречиями мыслей в дальних далях
Что смастерили писак сонмы уродливые
Да только погубили, а не обнаружили
Правду в своих пояснениях лихорадочных
Припадочно друг друга – вырезая, как скот на ужин
А затем, выжигая, – так вот и не стало источников
Что забил у Матвея в сердце, когда пришла пора
Получить по судьбе и доброе – разновидностью пробуждения
Чтоб отваливалась с его древа иллюзий мёртвая кора
Нежно светильник надежды тихонько зажгла заря:
- Аминь …. ОМ ХАРИ ОМ
П.С. Подходите, грейтесь к свету – короли, шуты, провидцы
Посмотрите на огонь, обнажите ваши лица
Вам смотреть наверно скучно на такое наслажденье
Вам скорей совьют удавки вместо смысла воскресенья
Здесь не нужно быть распятым, здесь покаешься и ладно
Освятишься лунной матью, а дОМой всегда отрада!
Душа испепелённая лежит
Никто крОМе Любви не воскресит
Её остов остывший и пустой
Забитый бес полезной суетой.
****
Невежествен, заметно бледен от истощающих страстей
Во имя гибели в сансаре от Господа не ждя вестей
И опускаясь хаотично глубже, ниже
Cгнивал зло душами-телами скрупулёзно
Осмысленно, подопытных избравши роль
Ошибочно, отчаянно и слёзно
Блистая красками немыми или вопящими во слух
Он был разноречиво образован, но для любви, как прежде глух
Типично было в нём всё,- скучно, - заезжено и в кривды кривь, и вкось
Понакривили в нём мутанты и ныне кармой под откос
От взрывов взнузданных стихий, что не для этого творились
Замысливаясь, как среда
Но род людской?!
Перебесились!
И заворочалась вода, выравнивая свои глуби
Вздыматься резко начала земля, хребтами скаля зубы
Огонь ревел, и ветер жёг остатки роскоши здесь мрущих
Припомнив звуки и слова, слетавшие из впадин лгущих
Бумеранг придуман мудро, и летя, себе летит
И от цели и до цели лечит, губит и болит
Обратный ход последствий тысяч годов прошедших, аж тогда
Когда добрались до развала умы и души и сердца.
-2-
И растащивши о Един ОМ – написанное полотно
С кусками, спрятавшись, засели,- за стенами сытно, тепло!
Но потому что мало было доставшегося каждому куска речей Лица
Всё неугомонно нападали на соседей – ждя им кровавого конца
Так всё и бесятся, по сей час,- заболеваньеце про всех
Стремящихся под гильотины наедине - в места, где смех
В миг сводит судорогой в ужас застывшей маскою души
Со отпечатками изумлений от своей собственной же лжи
Что торжествующе бродила в их все напыщенных мозгах
Выскакивая ядом смертным в произносимых вслух словах
Разубеждающе зловредных – проверенных серпами тьмы
Отточенных, чтобы поглубже – да до обглоданной суммы
Ох!!!
Даже и не боязно дуракам – охаивать истинное поприще
Вед Авесты вестей божественных – к чести душ пущей
Неизвестного их дурацким, - греховным мозгам Сверх Разума
Ещё со времён древних Ариев
Теперь уже, забытых способностей …. и ума
А от того неизведанных, даже на йоту – запредельных мудростей
Любви Кришны безконечных радостей, - да и неизречённых милостей
И сквозь время происходящих – запредельных всевозможностей
Качества вечности неизмеримого – мистического Вишну, как бы, сна.
Арии древние люди!
Как же вы прозевали – чёрных измен коварство?
Не оценили право?!
Или вы сами?
Верно ль?
Луч, в вечность не так слагая ….
А за тем приспособили компромисс
К священнОМу мантр сказанью
-3-
Мир зависал в экранах фильмов, из времени сплетя уют
Глотая душами меж фильтров уют фиктивный свой, как самосуд
Из кроваво жутких сказок он исшил себе лоскут
Примеряя на изнанку испохабленный уют
Слеп и глуп, и безрассуден.
Весел, рад ли он сейчас?
Занавесив окна в полдень и смежив щетину глаз
Радость?
Горе?
Непонятно?
Сожжённого пути черёд!
Будут тени неопрятно грызть зубами гололед
А потом уголья, пепел языком излизан ад
В сверх реальное не верил?
Не успел?
Исчезнуть рад?
и вот завывают люди монстры, люди черви и кресты
Люди боги на пороге у неведомой черты
Шаг ступить?
Крыльцо исчезнет?
Страх, потемки, тишина!
А из мрачных недр лезет осквернённая….и на кладбищах душа.
Ну, а мысль?
Нет, в скитаньях ей приюта
Переполнена, но в майе спиртов горьких спит
А в Зерванах Бесконечного Свет-Абсолюта
КРИШНЫ – КРЫШНЯ
КРИШНЫ Духа,- духи Святые играют,-
В золотых сияниях брахмана Хари Вышня
Мысль вскипает и, сияя, светов веером блистая...
…и Нирвану навещая
И в блаженствах не повторных неги вечной воспаряя
В любви новях воспевая
В бесконечных со свиданиях с пространством
Вся от радости торжественно святит
Невозможны спектры светов,- не видал таких здесь видимо никто
Что ж здесь делать….?
Что же ей?
Моей?
Твоим огнём - опять душой поделать?
Осквернёны и согласны на роботизацию,-
От времён ещё до сотворенья срока….
Под прикрытьем зверя 666-ок, -
Формул лживых, - адских роботов морока
Про естественности фатума и рока
И о, всё-же, всем де неизбежности порока
Омертвевшее на выселках галактики добро
Тьмы безверия беснующихся мыслей,- души мучить.
Всё!-
Внутри, уже давно, у боле-мене чистых
Соки душ отравлены расколОМ
И нет выхода в слёзах и уговорах
Ты Сам Знаешь, что лишь правды приговорОМ
Смысла слов, как есть на самОМ деле
Смыть тех гной, возможно, - что лжой во зле вспотели
Утрудившись от глумлений над душою,-
Плевелы, взрастив, но к ада зною
И тотально нет желанья вообще, и вдохновенья –
Снова посвящать их в поученья
Бисер выметан, в душе ж одни заплаты
Подопечные ж тюрьмы!
И таковы ж их платы!
И теперь в осознанно сознательных грехах
Озверевшие от безнаказанности взяты
Как куклы – клоны на потеху сатане
Но дефективны и фиктивны силы их и фальшь плоды
Пресловуто – мощные, но уже не люди, – лишь почти
Бывшие, когда-то подобием Твоим, но дОМа
Там где реальны, именно все – потОМу, что добры мечты
А там это не здесь, - как, - у одной из звезд - у души на пути
Что греет, но и сжигает плоть, как раскаленная плеть
Где и не полетать, как просится душе, и не улететь
А где вечно в вечнОМ Блаженстве Ты и где смысл только петь
И об этих сознательно несчастных роботах и памяти нет
А эти заключённые даже кичатся – своим развратОМ
А теперь же тьмой тьмы заразные и злокозненные в этОМ мутанты
И одуревшие ото лжи и жадности, и злобы дегенераты
Всё ползут, смердя под суд времени – неизбежного креста, как платы
Только уже насильственной, а не добровольной
И конечно с возвратОМ назад – душ своих в выборе вольных
Для отбыванья результатов сОМненья – рабов сатаны работой
Кровавой его зевотой
Для танцев души, продолжения, как бы во Вселённой свободной.
- 4 -
Был жёстко хладен самосуд суровый – внутри незамечаемый, не ведОМый
Упрям хитрым тупизмом сатаны, - и, как бы истинно, интеллигентный ….
Машинно – убийственно – мучительный, – и расчётливо заведомымый
Для сон в сансаре суетливой убийственный в бессмысленной
Во сне же их химеры стыли корявой, но густой стеной
Отлитые, что б оправдаться войной ведущейся с душой
И чем кто ближе и роднее взаимностью от вечных тел
Тем неизбежней приступают, клеймя свободу тел от дел
Умрущих из плоти распада бесцельным стадом у воды
Испив которой бы ожили б, - проснувшись от святых Вайкунтх звезды
Да Бог даёт карать себя и самозабытьём – беспамятства души о прошлОМ
Но ум в фантазиях силен, но и закончит стылым днОМ
На уровнях, где ад умён в сОМнениях своих о прошлОМ
Но гордый всё же он не сможет удержаться пред ответОМ
И выскажет не раздумья, но презренье - о страхе праха злОМ
- 5 -
Ну, так о чем на мощном постаменте задумался владыка страх?
О бесполезном позументе?
О серых каменных дарах?
О недостойном насыщенье твоих утробнейших глубин?
Или взволнован не польщеньем?
Или, о тОМ, что есть Иной – суть Сущий Вечный Господин?
И обречённый, став утробным, вмещаешь жизнь тОМя, - и смерть мечтал
Ты покорить своим забавам,- ты и любимым яд давал
Их здесь немного, малость, капля
И что любовь?
Не ясен свет!
Коль демон лебедь испохабил...
Ты рад!
И здесь весь твой секрет!
Шаги твои нежданным маршем вздымают полчища теней
Ты нищ и мелок, красным фаршем, плодя подземных королей
Фигляр страстишек, коготь сильной – другой скрываемой руки
Развратнейший мозоль, излишек, глупец подземнейшей реки
Ведь вторгшись и внушая, - ты, как бы, говоришь:
Не нужно стансов
Коль различенье есть в душе
Тогда уж ты воспламеняйся или тухни, - в тулупе будь или в плаще
Твой образ мыслей, все равно уж впредь, ущербен
Если одно клеймить другим
Будь мир хоть много раз волшебен
Он, также будет неделим
Он также будет подстрекаем, и треволненьем искушаем
Не видя радости в своём устройстве празднично больном
Но от того, чтоТот, кто в солнце застал вдруг ночь твою врасплох
Метнулся ты, но было поздно, - и снова стал, кем был,- усох
- 6 -
Трусило мир,- болел и гнулся, - сменя бумагою метал
Взрываясь, гробился, усердно горбатясь правду призывал
И поносил Её, - так между делом войны на кладбище за прах
И, как обычно вожжи страхов скрипели во впадинах ртах
Смеялся смехом разложенья, - облокотившись о мечты
Спасти себя, куда то в лучше – развесив на себе кресты
Наделав роботов скитальцев по засекреченной дали
Пространства, в общем, то Вселённой – забывших, где в любви цвели
О силе той, какой любили, о неге той, что выше нет
О были запредельной зренью, - где минус боль и только свет
Вайкунтх, так радостно, приветных, где воплощенья ждут мечты
Тех, кто дошёл до боли смертной перехода, - преодолев суда мосты
Светяся радостью обняты, - ещё здесь, на земле постигнув суть
Кто?
Где?
Куда?
Зачем?
Откуда?
И почему так труден путь
В верхи – чертоги выси КРИШНЫ, - где разум свят, блаженен ум
Благоуханно где сиянье, цвета звучат и вечно юн
Там всяк обретший, наконец, то, - домашний истинный свой лик
В ВАЙКУНТХАХ светозарных светов, - ожив, в подобие возник
Того, кто красит красотою не только дев медовых взоры
Того Кто нарядил наглядно в что зрят и в что не зрят народы
Глядящие во что попало, - но только в видимый мираж
Полу реальность мира смерти, где неизбежен время страж
Что в неподкупно чудном свете безстрастно бел обрезать нить….
…кОМу в подвалы, этим к Солнцам, вот тем воскреснуть, тем же гнить
- 7
В глуши здоровой глаз небесный, как будто просто наблюдал
За шевеленьем искр мыслей, вдруг собирая их в КРИШ-сталь
А мир, однако, задыхался в чаду фешенебельных трущоб
И навалясь на нефть со спиртОМ – реализовывались в гроб
...Сначала ужас, возмущённость, - стремленьем словОМ к разуму взывать
Неся на блюде очевидность, примеры: действуя спасать
Потом усталость, осмысленье, - как трезвость льда и жар костров
Сгоревших льду противореча не получив добро ветров
Что смехом закружили после, – подняв до высей сверх небес
Что бы узрел пространства свыше – кишащий суетностью лес
С берлогами и гнёздами, с их бомбами и грёзами
С причинами за блуд шести и подноготной тупости
С надеждами их лысыми, с героями и крысами
С их эгоизмом радостным – но и возмездием безстрастным
Но и возмездье обратили, - свернув закону позвонки
Космическому, что б ужраться, а после раздавать пинки
Под зад, под дых, по горлу песням, по сердцам, - радость, что б украсть
Забыв, однако, ведь, - что на суде после ухода – повинен даже робот пасть
Какая здесь любовь?
Нет и намёка!
На уважение,- на верность буквам слов
Произносимых в клятвах – отнюдь не под прессом
Отрубленных в бою голов
- 8 -
Планета кисла в смраде грязных мыслишек, что о междуножьях
О взрывах заключённых заключёнными - в телах своих международных
Беременели головы иллюзиями,- вынашивали души ад
А, что тела?
Всего лишь тени!
Так и многие ж разумности – притворств отчаявшихся жалкий маскарад
Для игрищ якобы свободы, но обратить, что б
Лишних???
Вспять!!!
И развивать свои господства, - что бы в умы всегда внушать
О панацее рабства лучшей, как формы супер бытия
Что б жижей лжи поились смирно – осуществляя их места
Роботизируясь успешно в рабов по найму, - кто за что
Молились идолам их спеси – внебрачной и так лиж бы кто ….
Что б бились лбами, но не на смерть – работать без сбоев задуманы
Те, что переделаны в роботов – особенно, если разумны
Талантами редкими довольно для мутирующего ложью мира
Слепленного, адским ритуалом на костях - в мавзолее лысого вампира
Ну и, что ж?
Верховная жизнь?
Верховное счастье?
Мутант, даже именем Ленин – это именно – ты!
Прозаик несчастий
Дубовая морда – ты не человек!!!
Тебе не отмыться от кровей вовек
...предатель, безумец – уж слышишь? –
Рас-свет….
Твой сын уже умер, а ты ещё нет
...себя переживший, рождённый смердеть
Иосифа вон, - а ты всё ещё нет!
Отравлена ядами, умерла честь
Тебя вмуровали, но ты ещё здесь.
...мёртвые, - но смотрят глаза
И всё светит над склепом звезда
...в камень окованный, не выброшенный вон
Карлик вырожденный спит
...дьявола верный слуга, средоточение зла
...Спит, улыбаясь и в кровях славян извиваясь
Смотрит на древо Рода добра
Язвами вскрытое, сталью пробитое
Корчится в пламени зла
тайный хранитель анти законов
Жрец, поглощающий культов мрак
огненный пасынок – мутантов породы
Жуткий, безумный дурак
Вот так Всевышний разрешил «свободным» наесться до сыта костров
И гильотин, и плах, и кольев – зверски затравленных волхвов
- 9 -
Мотай же вот теперь на ус, – свивай на ум неизмеримый
Позора полный, безобразный приговор
Возьми ж себя к себе не разъяснённый
Волхвов небесный, главный - и Нарады Хари наговор
Влюби в себя раскаянье и гордость, и Атман – дух,
Что вечно жив, но изгнан из сознания – раскаянья мудрец
Взрасти в утробах чёрных светоч со-весть
Пускай падёт к груди твоей – любви земной отец
Он будет невозможен и несчастен совсем
Как я – всё так же одинок
Он неприметным, – безраздельным знаем счастьем
Следим Хранителем – незреемый инок
Любим чащобой, зверем не взираем
Зарёю осквернённой обожаем
Растет, убит, но зреет сквозь гранит
Унижен, угнетаем, но молчит ….
И молится в тиши, где Бог застанет
И нерадивых, и любимых помянёт
И безполезных жажду перестанет
Но в лестницы ступени поведёт
Ну и куда сей час, – спустя заблудшести столетия, – спешат
На сокровеннейшие часто, - в тайнах судеб, встречи?
Но гонит их по большей части страх
Однако ж, парадокс, что без него, – да и в слезах
Они совсем не так желательно
Для разумов, своих, – трагически пустых, сердечны
Но, как то скупо – собой душные
Для власти над другими лишь хотят
И исключительно всё о само – безопасности
Пространство смертное усиленно коптят
И в одержимой жажде никогда не будущего
Наяву гипер – активно грезят
О все тотальном, – всё дозволенном контроле
Все их ничтожные мечты и речи – роли
Ведь ко сводящим многозначье формул сил Вселённой
В слов верный звездопад стремятся …
Что Вышний Брахмой сотворяя проявил – на небесах предтечей
Чтоб просвещающие – не запутанные речи
Вернули разумам – с блаженствОМ Кришной встречу
Да вот, поди, ж и некто ты – бесящийся и отвлекающий не в вечность
Но воззожгя – Вишну умом огня в душе, – поведанное чтящий
Поймёт в разнообразных небесах – чудесных сил свеченья
Найдёт дорогу и никак не разобьется о сОМненья
- 10 -
В глуши, оттаяли раздумья, – свиваясь в образы ума
Стремясь на волю в буквы – строки, – пока кристалл, пока зима
От бело-лунного Арты сиянья – передаёт душе блаженно – ясный свет
Когда теряют очертанья – материй космос, и вопросы, и ответ
Весь мир тогда скользит, туманной точкой – в огромности ночных небес
Среди просторов отдалённых всё, споря:
Крест! –
Любовь иль месть??
Но в этой, к сожаленью, двойственной клоаке – и то и то, и так и так!
Как впрочем, и во всех пространствах, – где к Духу дух, – а к страху страх
И суть не в том, что кто-то хуже, – а кто-то лучше и ура
А в том, что греет неизменно любовью Вечного заря
Струящая, как отблеск света, цветов огня – сверканье Лика
Немыслимо могучей Воли – всем одинаково великой
Самой Собой лишённой выбора предвзятых
Судильщиков земных кладбищ
Что разменяли безопасность и благодать на дъяволищ
Устроивших им сладкий праздник не контролируя итоги
Разгула личностей решившихся на вызов, – исковеркав слоги
Отца галактик, – звёзд ристалищ – стремящих их раскрытый зов
На выход вон из всех сокровищ – тысячелетиями меркнущих основ
Где время отбирает, взяты тела в прокат, – играться что б
В сансаре вязнущих по горло, итогом обретая гроб
В очередном не лучшем мире и там смерть тоже фантОМ – персонаж
Всё время ждущий и неотвратимый, но не сосуществующий же с истиною паж
Но так реален глубиною замаскированных идей
Умов безверием сошедших из разума в мытарства дней
Что не по воле, а внушеньям пророс до самых корневищ
Переродив планеты разных старцев в самоубийственных козлищ
Что обнаружились безумством приговора злОМ–
Всея еретического террора на ОМ, но в ОМ
В речах, что раз единственный только в телах живём
И что, так сильно всех нас Кришна любит
Что вечный мрак иль вечный дом
Какой, однако, Бог жестокий!
А выбор, милость, а любовь?
А те: мы вам покажем счас же, – вместо ответов, только кровь!?
Христа в виде крепленого портвейна
Ну, а если не хотите?
Мы в ротики её вам, – но не насильно, задарма зальём
Вместо учений о не бесном, но всё ж святыми мы помрём
Мы так решили, - полномочия используем мы, как хотим
Какие боги и не боги?
Мы сами себе главный гимн
Солгали и слагаем дале, – так как-то повелось у нас
Мы ценим, что бы нас лобзали, а мы невежественный пляс
Как истину вещали рьяно во всеуслышанье глупцам
На то поставлены мы, волей – служа конечно не бесам
-11-
С не бес посматривал же Кришна – зрит изнутри из их сердец
Извне из глаз, и из молекул на их бессмысленный конец
Завистливых актеров ада, – где дьявол гений?!??
Бог подлец!!!….
Ужасный мучающий строго всё скопище своих детей
Каратель страшный, но и только плетьми свирепых палачей
Как возникают их коварства доктринами верша террор
Как падали они в пространства из тел под святый приговор
Как снова возвращались в дебри – собой навязанных границ
Как пред фантом – Ом высшей власти, – солгав в душе, валились ниц
Как неизбежно вновь тонули в лужах майи – размноженных собою небылиц
Как шли направо и налево, вперёд, назад и в кривды гнусь
Как, обходя моря и сушу, – обманывали чудо Русь
Губили лютою охотою волхвов, – внеся их в свой деликатес
Что знали в Сваргу-Брахмалоку – торжественных призывов песнь
Призывов радости и силы для умудренных игр любви
Мадхавы - Вышня средоточья, – не стонов, грёз и не крови
А тихой радости и бурной – лелеемой приязнью душ
Доверчивостью сокровенной, где дева свет и верен муж
А не мутантов липких дрожжи – двуполых анти гуру, как же жить
Что б до ухода извращаясь после продолжить злую прыть
Дружить?
Нет, там не это!
У мрака демонов подробнейший реестр
Теократической грызни горл, – тех, кто имеет меньше мест
В их беспощаднейшей системе – жестокой яростью кнутов
Подобия….
...Инферно быт не оставляет сомнений – в участи бунтовщиков
Порядков супротив не, оттого что наскучил им системы мрак
А оттого, что мало крови, – аппетиты – растут всегда, – там именно вот так
Вот так для них сбываются надежды – отсюда вылетев там славный рай занять
По их конечно конченым желаньям, – конечным воспалённых майей грёзам
Дано принять для скопищ вырожденцев – и место, и реестр, и печать
На срок под временем вердикта Ямараджи
Кормёжка прахом тленья бывших благ
Исчезнувшей в созвездиях планеты, – мира лживых
Так ослепляюще – прелестных вожделеньям эго
Но каждый сам себе – и страж, и друг, и враг!!!
- 12 -
В глуши полезной Врач небесный по над землёй листы читал
Истории прошедшей зверем 666-сть, – в ум тихо мысли навевал
Мир брёл распутьем ниоткуда – откуда-то, держа всё ж путь
Не помня ни дней появленья, – ни Кришну, как Отца, ни как приют
Ни как убежище всех лучше, ни как кормильца матерь Чандру
Ни как весну любовью нежной, ни как дживящего всех даром.
Зачем им всем необходимо от ярости рождаться вновь?
Влетая в чрева грязных сердцем или в пристойнейших любовь
ОН - ОМ удивлялся, недоумевая, – хотя и первым знал ответ
Вот та то власть и есть всех выше – Кто изменить легко способен след
Последствий, что привыкли кармой фатально страшной называть
А некто, чтоб быстрей её отвадить в страданья по уши влезать
Сгнивать в них искренне, и роботоспособно загибаясь
И вплоть до «наслажденья» своей болью
С надеждой в рай всеяко распрощавшись
Не пожелав навечно лучших ролей
Но этот шар земли, всё ж, так смешно микроскопичен
Глядя даже с чуть удалённых – планетарных перспектив
Ну, а амбиции настолько безразмерно – безразличны
И хаотичны, что снова тот же слышится – звучит мотив….
Итога, что и быть тюрьмою после осмотра Высшего Лица
Ему отпущено и вновь, и присно – до самого злодейств его конца
Неутешительный итог, однако, право, – но толпами в рай не летят
А уж тем боле на ВАЙКУНТХИ, – где, как явлён, так вечно свят
Поэтому всё очень честно и чинно в сём заведено
В порядке, где всё по желаньям осуществляется давно
От выбора исшедших следствий, коим судьба времён клубок
Что, не смотав и не распутав в телах получат новый срок
И так до тех до пор до самых пока уж – страх, как опостылет
Бродить, терзая, вдруг – свою проснувшуюся душу
Внимая ей, – как в мясе тела обречённого та стынет
Несчастная душа заложник дури – в ней зла сознательного видится печать
И только слёз ручьи – никак не розы позволят ей всё заново начать
Что бы вернувшись в изначальное блаженство, себя, увидев в вечной красоте
Да!!! Да!!! – О да!!! О да!!! О да!!!
Но лишь забросив вон в подвалы мира смерти
Иллюзии о дьявольской мечте
Ты зовущий змий влекущий я узнал твоё нутро
Что же делать, что же делать,-
В умах и душах – тьма желаний лгать себе и всем
И извращая изводить обманутых рабов и хитро грабить
Омертвевшее на выселках галактики добро
Что, коптя соседние миры – всё ж вопиёт о пОМощи – от с выше - Высей.
Только кого звать?
Кто власть Имеет разрешать?-
Не только сострадать, залечивать и слышать
Видя видеть к Себе в душах – на любовь и благодарность вето
Разрешать любое, но лишь справедливо – и всегда ведь здраво!
И без ничтожных претензий – на, – каких то условий право
И даже унестись отсюда – и, наконец, то – в ласковое, вечное тепло
Гробы очередные минуя – тел гробы, конвеера тел
Неизбежных в мирах смерти последующих жизней
Сроков отбывания – от прадавнего выбора –
Бывшего денницей приняв ложь – продолжая исполнять его мысли
Совершённого от рокового – в слепоте лжи, – изощрённо коварного
Предательства Кришны абсолютней абсолютного безсмысленно
Того, Кого сбились с ног искать – искренне ищущие – Сущего суть Единого
Единого – Кришны – Парабрахмана – вечно Запредельного Высей Выси
Но вампирам мира машин и роботов на прокорм бесами осмысленного
Вполне удобно и питательно в рабстве – мира души поглощающего вычесленно
И вот в итоге ….
Проклятый набор состояний после предательства Бога
Предательство своих душ праху – распадающихся форм
Ужасающе болезненно для самочувствия живых душ
А мёртвые привыкнув, безотказны – суть машинны для кровососов норм
А живые того не ведающие и на них работающие
Им самый удачный, долго служащий, – и очень аппетитный корм
Корм кармического безумия осатаневшего множества
Безжалостно губящего себя и всех вокруг
Своим инферно всасываньем влиянием – поглощающего вне божества
Вторгаясь в глаза и поры, развращая – сквозь мозг, – души чрез слух
А они всё да не слушай мол!
Да, кто ж тебе виноват?
Но перегрузка мёртвых душ всё же чревата
Попаданием – вовлечением в их злобный от грехов распад
Проклятый набор состояний!
Хочется сбросить одежду, как шкуру
Прилипшую отравой к душе, когда то ошибшейся с дуру
Но обвинившей во всем, однако же, Кришну
Ну, что Саня?
Идём?
Якобы в произволе вляпавшись в земной дурдОМ
Зависает дьявол, как бы «чистый»,- чёрный цвет он тоже чист
Басно-песенный, речистый, – хитро «мудрый» беллетрист
И, как бы правду сообщает, и, как бы веру не уничтожает
И, как бы знания не извращает, и, как бы ни за что не отвечает
И, как бы никогда, и, как бы незачем,
И, как бы и ни на кого, и …. и, как бы ни на что –
Зачем, мол?
Он не претендует
И, как бы, как бы, как бы, как бы,- да и вообще,
Как бы фантазия одна, - и тоже, как бы вслед за ним, как бы дрейфует
И, как бы за фантазией не существовав,
Он дьявол несОМненно, как бы мол не существует
- 13 -
Но мир всё напрягал и напрягался, надеясь, многое успеть
И не хотя болеть и вырождаться….,но делал это, только плеть
Его немного приводила, во чувство, - так, что бы в свой разум заглянуть
И он заглядывал, а после, как принято, – отчаянно спешил заснуть
И спя в плену явясь иллюзий,- своих прозрачненьких конфузий
Пределов он не знал своих и мерно храпы разносил
В душных чертогах каменистых
Во сне, раскинув сгоряча,- руками томно трепеща
Он загорался и лучисты
Вставали образы пред ним,- самонадеян, жаден, жалок и гоним….
Но, как бы, просыпаясь, ноги скинув и в ванных зубы начищая
И полотенцами натужно утешая
Своё заплывшее от алкогольных идолов
Антисоборное пропитое пока ещё лицо
Он говорил: могуч ещё мой стимул к жизни продолженью
Готовлюсь я к сему сраженью
Мощно оружие моё
Будить других, привыкших спать, что в этОМ может быть такого
Что не позволило б взлетать из плена праха рокового?
Одни вопросы, а мечты, – давно поникли от разгула
Любимцев жизненных гробов и воплей пешки вельзевула
Мой путь устлан развратом тьмы и знаю точно, что навечно
Не полюбить мне бренных тем, но лишь, что свято и предвечно!!!
Но демоница нагло обряжаясь
Всё ж над душой витает так себе ….
Как просто лишь невинная усталость
Разгон глумлению, готовя исподволь
Вселяясь в знаний – ну и состраданья роль
….-«усталость» с малых букв презрительно поносит
Всех всех кроме себя, - ну, а тем самым,
Свой эгоизм бес смысленный возносит
«Усталость» шепчет мне, смотри:
Куда будить?
Им спать охота!
Врождённая влечёт зевота
Что ты внушил себе восторженный чудак
Им всё равно, что милость, что кулак
Что рай небес, что адская зола, что свет любви от вышнего предела
Что звон монет для вожделений тела
Да и вообще
Твой бог жесток, испорчен властью
Он обезумел от даров и от количества причастий
Не слышит он, и ты пропал с своею верою смешною
...и слеп, грешил, и ты отпал и не в вайкунтхе ты, – а на земле тюрьмою
Прикован к долгой цепи жизней и строго из одних своих корыстей
Ты строишь свой, вне богий, мир – ты хил, ты шарлатан, ты тир
В котором жертва целит в жертву – съедая ж мудрости «конфету»
Опять берутся за старьё и ткут истлевшее бельё
И одевают в смрад младенцев, – затем досадуя, что вдруг?
Возросшие совсем не детски им отравляют сон, досуг
Проклятьем брызжут, что отступник – не помня веры и любви
Стреляют в спину, рвут на части, не отрекаясь и….,-и от крови
Смиренного им униженье искристый мёд, бальзам для ран
В них нет раскаянья сомнений – Кали счас и всё и ты железно
И молча бьют в свой красочный, но зато фальшивый барабан
А в барабане ты насмешник, теперь уже – считавший выше всех знамён
И честь, и веру, и надежду ты ж слеп и нем, - отнюдь не просто обречён
Они молчат.
Что им слова?
Они своё давно отговорили
У них приказ, - знать ты болван для акустической кадрили
Им города оплот для игр смертных, их обучение продуманный террор
Деревни им для пополненья размноженья, что бы наличествали те, кому топор
Вручить, что бы в любой момент ….
Вдруг город буйный в свет прозревший усмирить
Направлены отцов, не только лишь, земных,- наследья
Чтобы других таких же погубить
Неизмеримые людям злым века
Всё бьют и бьют, как, если б, птицы дятлы
Но вот!
Даже у них осуществляется закон
А у подобий чуть до дела,- так одни ж заплаты
Им осознать свои делишки не позволяет сон угрюмый
Их сновидениям блаженная река не даст воды небес не лунной
Горят в глазах у них костры
Где падших ангелов, вне вечности, ученья
Им заменяют истинные радости паренья
За временем, любви любезной освященья
Отринув, радостные Кришны наслажденья
Вздымают новые кресты
……………………………………………………..
……………………………………………………..
……………………………………………………..
……………………………………………....огонь!!!
В духе ж огня сгорает всё – и в миг в себе поверженной
И мною подменённой, тобой лелеемой, – но нарисованной святыни
Когда влетишь в него, и мною – в очертаниях отчётливо увидишь
Как тёмен лес небытия и как сильны его твердыни
Как уязвимое огнём стремится прочь наследник время
Как свет и тьма, скрестив мечи на прочих налагают бремя
И сколь же вечен, сей кровавый счёт – бес притязаний на приёмы!
Здесь мрачно-разноцветен – многомерный сон людей
А те, сейчас, как формы, здесь, – а с вечности смотря неизмеримой
Лишь прах, злокозненных, неврастенических идей
Но ОМ и ноль Чандра – Луна – хозяйка роли Сомы и Хаомы
Остынет жар священный Кришной твой, и дождь отчаянья пройдёт
Налив воды для безнадёжной тяжбы, мытарств размышленья
Но разуверится твоя не спящая и вещая душа и отцветёт
Постигнув смысл-тщету,- иллюзий без конечных разрушенья.
«Усталость» смолкла, и тот час затихли ангелы и бесы
Пришла печаль, притих восторг, - настало время анти мессы
Плутон Хваршату вздыбил край
Лиллит метнула в Мах крестом разврата
И помутился свод, загадочных над Ялтою, небес
И вышли де–моны из ада
Металось древнее, из океана, море
Стонало, в болях мук, встревожено вторженьем
Обозревая в глубь сатанин 666-ок пьедестал
И слыша вопли бесноватых сожаленья
Пучины вод топили вой обезумевших – алкавших поцелуев зверы зверя
Но устоял, ещё трон мавзолея мертвецов – покуда не наступит 999-ок время
Глаза отцов не знавших тьмы скользнули сквозь бесов поползновенья
И слившись с пламенем предтеч
Влились в миг вечности святой освобожденья
Родник огня, - потоки молний, и веер звёзд – искрящих глубиной, и свет иной
Увидеть сможет всякий отвлечённый, – кто помнит неземной 333-ек упокой
Так что «усталость» спрятала, окровавлены клыки
Сложила жала, – яд, из злобы, собственный сглотнула
И «укусив» в затылок – смерти миф раздутый
Похабно взвизгнув в свои ниши, улизнула.
- 14 -
Но природы целебно мерное вздыханье, природы вездесуща новь
Покровам сладким, заживленья в прозябанье, всегда отдаться я готов!
Что прозябанье?
Что такое?
Какое это, – за неименьем зримого участья наслажденье!
Смотреть и забавляться тленным – народов грешным помышленьям
И вот однажды среди них
Не лучший, но типичный сын славянских дремлющих равнин
Помыслил жуткий террорист Матвей крадучист и плечист
Пробраться в неизведанные дебри, где женщин жмут у стен в пылу
И рассказать об этом миру смерти задумал он в хмельном бреду
Матвей был парень молодой
Бритоголовым, правда, слыл, – но это дед не уследил
С папашею на пару на участке
На приусадебном живя, кутили там день ото дня
Да приглашали, разных дам, – там пьяных было эпиграмм….
Не приведи Господь услышать
Какая ругань там стояла, потОМ вдруг резко затихала
Готовя новый балаган
- 15 -
Билет был за границу дорог
Пугала сумма вне себя Матвей подумал вот те на
Да за какие же труды, да и дела
Я получу такой заём?
Тут в пору в тёмный водоём
Презренный возраст, прерывая покончить жизнь, но не о сём
Мысля влетевшая опять его вернула снова вспять
И он задумался, лукаво готовясь деньги собирать
В газетах разных по складам
Он объявления печатал
И хоть он был порядком хам, но, завлекая всяких дам
И обещая кучи злата
Он сколотил себе признанье, а с ним немало состоянья
Потрачен был всего лишь год и взяв с собой весь обиход
Он важно отбыл, – на вокзале его мужчины провожали
Квадратно мускулом играя, был сжат суровой складкой рот
Он оставлял здесь свой оплот
Который он, трудясь всенощно
В сознанье долга создавал – ни в чём злодеям властелинам
Не уступал, он покупал
Всё и везде и всех доступных и улыбки и тела
Такая видно карма к заблужденью стремглав к золе надежд его влекла
Тому, кто тайну дел гаремных и подоплёку прихотей растлённых
Познать желает без вранья и воплей: ну зачем ей Богу вам-----ых
Все эти дурно пахнущие склоки,- их грязной вони полынья----------ла
Такое видно вот золы, зловредное очарованье
Тому, кто вырваться желает одуреньем
Враньём из ещё боле жуткого вранья
- 16 -
Европа праздновала войны
Своим спокойным умиленьем, газетным шумом и весельем
Ходила в свой воскресный час, – молилась пивом запасясь
Гуляли бунтари подростки, гасали роликовы доски
Ну и шуршали плавным перекатом кварталы штатного разврата
Открыты были….
Свой мирок….
Был хитро скручен тот клубок
Попавший в нём терялся, плавно - несясь по разным уголкам
Метался, – выжат был и рван всенепременно
И смерть частенько отбирала, не дав сигнал колоколам
Ограблен если раньше не бывал
В таких запретных кто нибудь анти Нирванах
Где жрец правитель вакханал без удержу на части рвал
И забавлялся непременно взымая, как бы, страждуще метал
И брошь и жемчуга что знать,… что знать познала то ей и отдать
Любил он повторять без веры:
Я нужен им, какие меры?
Могли ханжи мне одевать.
- 17 -
В такое вот переплетенье змей с нагами
Приехал сей Матвей с деньгами
Красавиц что привёз он сразу
Пристроил долго, не таясь и властелинов не боясь
Но осторожно начал он – свой план осуществлять
Пардон….
Сказал он дамам вездесущим его шуршаньем юбок трущим
Желая в ночь его увлечь, он говорил: какая речь!
Какие трепетные взгляды!?
Ресницы длинные, а белая нога прозрачной нежности слуга
Что я один?
Ведь господа!
Вы посмотрели бы на них любезные мои трещотки
Недопустим ваш беспардонный глас на ваших безрассудных сходках
Вы облюбезничали б вслух, что этот стар, а этот глух
А этот вовсе, мол, как дух безплотен, будто майский пух
Ему ответствовали враз, изящно выгнув ножки шейки:
И от чего вы ловелас такое выдумали мненье?
Сложили лучше бы от нас во вдохновенье
Стихи достойные о нашем прославленье
Вот ведь сыты, роскошны формы наши и в тайны мы посвящены….
Но отчего?
Какой любви вы ищете?
Посланец странный славянской дикой стороны
Матвей с привычкой молодой
Всегда преследуемый целью ответил им с немалой долей бденья:
Я не извините, насмотрелся на ваш бес потчуемый роман
Всё выкрутасы да ням ням
Какое ж тут есть со творенье?
Любви противен сей изъян
Но, но девицы осмелели,- он был им непонятный хам
И был в тот час он трезв, а не был пьян
И тут он выступил словами, – ну прямо,- словно, им под дых:
Что вот, мол, ваших паре на двоих – я сходу выделю своих тоже двоих
Посмотрим дикие сраженья произойдущие затем
А после подведём итоги тел влеченья, кто отличился, как и чем
Вот и но но!
Развратницы плутихи вдруг не смущённо приутихли
Услыша это вот спонтанно сгоряча, но ради вскрытья о них правды веча
Матвея вызов в высказанОМ слово – и вот с досады на себя слюну меча
И возмущённо зло, бесясь, – внутри крича
Вмиг просочились – кто куда от облича ….
По их – всё это было вон из ряда их стандарта
Но так давно весьма – для тайных мыслей их не ново
Не удивительно, увы, отнюдь не ново
- 18 -
Матвей был зван на ужин к знати
Которая, унюхав суть – всё мысля, как бы ни уснуть
Врата, с подъезда открывая, любезно руки потирая
Стремилась лекцию куснуть
Матвей был парень без шабашный
Воспитан был папашею гулящим и пьянство он практиковавший
Роскошно он любил гулять, друзей подружек награждать
Кого рублём, кого обновкой
Втащив к себе и на постели – «творил портреты и метели»
А утром колокол
За окнОМ апартаментов, что на ратуше настойчиво гудел
Балду его заблудшую ломал, а он же – знай себе, всё песни пел
Вот и сейчас в авто лежал поверх пуховых покрывал
Служанку, гладя по ребру
В бессилье после грозных прений и одуряющих курений
Подъехали….
Служанка пошло-честного Матвея
Взвалила вдруг себе на горб и траурно, как будто настоящий гроб
Внесла его в апартаменты, и посадила на тахту, он страстно ей сказал: люблю(?)
Устроились и осмотрелись и кофе с фруктами наелись
Осмотр картин произвели и обществу знак подали
Ну что сказала знать крутая
Роскошная
Слегка, как все земные трупики, зевая:
Вот ты приехал к нам смотреть гаремы, – как говорят у Россов, терема, сады
А что скажи на милость ты – знать не желаешь наших прытких
Юбкастых барышень – из обвивающих, из гибких
Как будто сделанных ветвей?
Ей ей, вот так и есть, подумав о своём, тот час сказал Матвей
Вот то и дело, что из них – хозяин, как-то вдруг таинственно затих
Его медуза ущипнула
Её, в числе других, привёз он из краёв – жёлтых, горячих тропиков покров
Там лечит грипп, радикулит, но у хозяина зудит
В совсем других местах – он тихо, дабы не выдать тайны мрачной
А для порядочного стыдной сокровенно страшной
Что б ни заметил странный, чужестранный богатей застыл тихонько у дверей
Но чуток был пройдоха хмель
Что у Матвея в голове, как тот цыплёнок в скорлупе
Наружу страждущий пробиться и стать кусастой рыжей птицей
Заметил он сие движенье, не преминул и в наслажденье
Щипнул служанку за лодыжку
Под мышку к ней полез, под грудку, а знать тот час курила трубку
Нахальству дикому дивясь
С которым званый при салоне, ловя других гостей на слове
А сам обслугой упоясь – приятствовал ни мало не таясь
Происхождения такого он постыдиться б мог матроны
Присутствующи в этом зале всё громче – уже в голос лепетали
Матвей хоть был бритоголов, в привычках скверен и богов
Он почитал, но без оков
Любил вести себя везде
Таков по жизни выступал и никому не угождал
- 19 -
Хозяин покажите нам, что это вас так бес покоит
Быть может нам всем здесь не стоит
Потеть в сиих тучных креслах
И тут:
О, что же это?
Как же?
Ах!
Вдруг взвизгнула мадам старушка, как прирожденная лягушка
Увидев лужу, что текла, как дождь с разбитого стекла
То умирает, счас медуза
Сказал, скривившись – от обнаружившегося таки конфуза
Ещё оставшегося неизвестно каким чудом
Хозяин лысину протёр, дрожа, включил свой полотёр
Убрал, храбрясь, завёл лукавую нудьгу
Про одинокую свечу на скучном жизни берегу
Про юных и ну очень добрых фей туземных
Страдающих от дел неверных – в развратной молодости бренных
Про прозябанье и нужду ну, вобщем всю эту хитрющую муру
Матвей распознавать – дозрел уж в тех краях, где и на плечистых глухарях
Он набивал свой зоркий глаз, презрев родительский наказ
Хозяин с дрожью продолжал: вот я ходил по берегам
Синели зори, розовели, но видел я сплошной бам бам
Меня ж неосторожного словили, как при пытках
Индейских варварских веков
И о ужас, даже просто вспомнить, – заставляли на улитках
Свой вымещать природы зов
Как я попал туда?
Судьба моя меня из кабаков портовых
Закинула на острова, где промышлял я, чем когда
Мечтая о походах новых
Вот так и я Матвей сказал, служанку шлёпнув по бедрам
Приехал к вам сюда затем
Чтобы увидеть этот пресловутый хлам – все поглощающий бам бам
И поделом тебе бедняга – твоя никчемная отвага
К таким вот бедам бес пощадным привела
Хозяин:
Да какая там беда?
Тоска взяла!
Тут как увидишь это….всё, – так воля вон, а жаждется ещё, ещё, ещё ….
Вот сострадаешь ли?!
Какая здесь дилема-теорема!
Ну, прям навязчиво и неотступно – до самоубийства от позора
Висит всё неотступней надо мной, как приговор
С тех самых пор позорного растленья, когда Венеры злой топор
Обрушился на мой ретивый соблазна ищущий прибор
Дурак ты дядя всё же степени не малой
Матвею слушать надоело изощрённо – странный бред
Послушай-ка меня на всякий случай, – знавал я….
Был у меня знаком сосед
Жена была как из цветочков – ну, словом просто ласковая ночка
Ну и нарожала, не особенно спеша – ему, да и себе потомков многого числа
Любезно искренно и розовощёко наслаждаясь – великолепной радостью свежа
Его потребным продолженьям, лихих ночных боёв сраженьям
Не видно края и конца
Естественное вот где вдохновенье, – природы нежное святое одобренье
К тому ж по ходу и луну, и Арту примечает
Прирост ли в знаках нужных или убывает ….
Хозяин был убит словами – своими здравыми речами
Поверг его типичный, но не лучший сын
Славянских дремлющих равнин.
- 20 -
В глуши здоровой о Матвее просмотрен был из мира сказ
Загадочно взирал сквозь космос – Кудесник сотворённых Спас
Который есмь конечно Кришна – сквозь суть огня кристалОм в ум
Светящий смыслОм образов без страстных
Но за которыми, – всё ж вечная весёлость
Просвечивая душ наивность, как затаённую невинность
Как чистоту и верность и, как святость
Любя лечил, казнил, учил, иль заговаривал на ясность
В часы злодейских звёзд и страшных дум
Да улыбался во воображеньи – крылам в любовь блаженной веры
Гарудой с ГамаюнОм и жар птицею – блестяще – огнистой лучами зари
По ветру, развернув – павлинОм яркий хвост
Истины иллюзиями – многоцветья поражающий веер
Сиял вечным ЛикОм – обликами в сердцах не прост
В вечнОм блаженстве Себя, – в душах любого размера
Забывших Его в себе и в итоге….возненавидевших
Причём совершенно ни за что – и возлюбленных Его – Его видящих
Оскорбляющих Его внутри себя – вслед, во вне в поступках,- обезумевших
А теперь, от наглости лжи своей, за справедливость ненавидящих
И душ в совершенной неге – от Него чистейшей тающих
Ведь есть же тайна, вечная наверно, – между одним и меж вторым
Когда Вселённой верх – стал твореньем первым
Возник и низ созданием другим
Когда постигнут, то и это тогда закончатся слова
Тогда покой войдёт, – пока ещё не ведОм в столь долгожданные права
Души устав от смерти тел – забудут вдруг….
Зачем война?
И вознесутся, наконец, то в начало дней и бытия
- 21 -
Но пока стоит стена кольцОм огрОмным, - сплелись клубками змеи лет
Рядами круглыми стенаний обвили сумерки и свет
То правдой искренней, то ложью – не заставляя, но прося
Созрев и семена посеяв, – растут и снова в низ, – сансарою скользя
Побеги – люди сокОм молодые, – играя свежестью лица, лишь от мытья
Идут по миру и всё падают в полыньи слепого бреда забытья
То чернота кругом, то свежесть и жизнь, как рай, а ночью смерть
Наверно тихо так приходит, – кре стОм пометив свой запрет
Зарытый собеседник дальше – по крови жилам гонит ген
Во тьме без Кришны остающимся отдав на растерзанье
Слепого счастья и страданья фенОмен
Жизнь в знаках между низОм вязким и верхним светОм Вечного лица
Смотрящего в видениях спокойно – вне привязки
Великолепием Величества приязни
Кивая в такт движеньям благосклонно
Светящегося Пра Ведностью сердца – путём спешащего на вылет из кольца
Живущее – умирающих пародий на подобье
В нём воздвигающих уйдущий в пыль итог
И звать желающие – опиумным бредОм для народа
Слова, что истина вневременной природы
А слог возносит за таинственный порог
Границей времени времён назвать его вполне уместно
А тайн, блаженств тех, что за ним – не перечислить безполезно!!!
Жизнь направлялась сладостною волей в колышущихся миражах голов
Верша кому чего по кармам долей и смысла не было от поносящих её слов.
- 22 -
Матвей убил весьма немало лет на медитации бесящегося мира
Гниющего в аду своих страстей вникая в прелесть демонического пира
Измерив шири и глубины, но не выси – застыл, как лёд смертной тоской бродяги
Не обнаружившего смысла злой дороги, но не аскета истомлённого бедняги
От ожидания, когда ж навечно к Кришне войдёт в покой, оставив дым кулис
Подмосток имитации любезности, как распланированный мракОм компромисс
От понимания фатального пожара грядущего, – лишь ждущего искры
От созерцания влетящих, неизбежно, дарОм, – за ним во след, лучей зари
Застыл в безсмысленностях видимого зренью
Упал на дно, – прошедших в мраке, – долгих лютых лет
В воспоминаний тягостных подводные теченья
И содрогался он, душой, – уже душой любви завидев….!
ПрипОМнив детства, естества родимый свет
От созерцания сравнения дитяти
И что осталось от него от страшных мет
Вдруг обнаруженных справедливым ветрОм Духа
И чистой радости увидев родничок
В своём истерзанОМ – заглохшем во мраке сердце
Он поражённо снова замер; – вышел срок
Его неведению о своей дороге и обоюдоострой колее
В какой ни едь убьют, но и помогут – даже боле
Изъяв из смрада бахвальства лжи, но только по собственной воле
Или же по ней отхлестают, – раньше или позже, – цепями возмездия в пепле
Застывшим так и оставался, кто знал его, теперь не узнавали
А он, вникая пока мест отвлечённо наслаждался
Противоречиями мыслей в дальних далях
Что смастерили писак сонмы уродливые
Да только погубили, а не обнаружили
Правду в своих пояснениях лихорадочных
Припадочно друг друга – вырезая, как скот на ужин
А затем, выжигая, – так вот и не стало источников
Что забил у Матвея в сердце, когда пришла пора
Получить по судьбе и доброе – разновидностью пробуждения
Чтоб отваливалась с его древа иллюзий мёртвая кора
Нежно светильник надежды тихонько зажгла заря:
- Аминь …. ОМ ХАРИ ОМ
П.С. Подходите, грейтесь к свету – короли, шуты, провидцы
Посмотрите на огонь, обнажите ваши лица
Вам смотреть наверно скучно на такое наслажденье
Вам скорей совьют удавки вместо смысла воскресенья
Здесь не нужно быть распятым, здесь покаешься и ладно
Освятишься лунной матью, а дОМой всегда отрада!
Душа испепелённая лежит
Никто крОМе Любви не воскресит
Её остов остывший и пустой
Забитый бес полезной суетой.
****
Сообщение отредактировал admin: 07 декабря 2010 - 13:33
Превышение разумных пределов
